Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Армянское Нагорье

Russia’s Battlefield Success in Syria: Will It Be a Pyrrhic Victory?

Настоятельно порекомендую изучить репорт Сета Джонса "Russia’s Battlefield Success in Syria: Will It Be a Pyrrhic Victory?" - одного из немногих спецов по методам иррегулярной войны, работы которого я действительно читаю, а не пробегаю глазами. Автор дает развернутую операционную и стратегическую картину боевых действий на сирийском ТВД, оценивает действия сторон и не боится делать нелицеприятные для Запада выводы по результатам.

А именно, русская военная стратегия пока что остается наиболее эффективной в мире, в том числе, и в методах иррегулярной войны. Понимаю, что на меня сейчас многие посмотрят косо, но если быть объективным, то надо делать вывод, что если у кого и надо учиться воевать на БВ в 21 веке, то у русских. А это наш регион.

Причем в репорте множество свидетельств для подготовленного глаза, что сами русские в состоянии учиться и учатся на опыте других - тех же США - в проведении иррегулярный военных действий. И эффективно используют как современный, так и ставший классическим опыт других стран 19 и 20 веков для построения собственной стратегии уже 21 века.

Получаешь почти что эстетическое удовольствие, когда видишь, как соединяются элементы классического и современность для разработки военной стратегии, способной привести к военной победе. Благо пять лет назад подготовил «Стратегию иррегулярной войны», где постарался обобщить данный опыт, в состоянии видеть какие элементы и откуда были взяты для выработки русской стратегии.

Проблема в другом. Если западная школа стратегической мысли открыта и можно получить доступ пусть не ко всем, но значительному количеству текстов, чтобы осмыслить ее принципы, элементы и пр., то русская военная стратегия - это «вещь в себе», «черный ящик», доступ к которому извне практически исключается, если ты не являешься часть русской военной элиты. Можно понять на каких принципах, скорее всего, она выстроена, но останутся детали и «ноу-хау», доступ к которым исключается для «не своих».

Именно поэтому в свое время отказался от защиты уже написанной докторской на соискание доктора военных наук в Москве – лежит в моем архиве незащищенных докторских, наряду с д.т.н. по системному анализу военной сферы. Такие работы надо защищать в стране, гражданином которой являешься. Да, я когда-то был гражданином РФ, и без проблем мог восстановить гражданство и войти в круг, но мои коллеги в Москве понимали, что я на такой шаг не пойду. Впрочем, это уже лирика.

Надо выстраивать армянскую военную стратегию и школу военной мысли, армянскую военную науку и науку НБ, опираясь на мировой опыт и мировую сокровищницу стратегической и военной мысли. Крайне сложная, но решаемая задача за 15-20 лет. Одно поколение и двадцатку мы растранжирили. Посмотрим, как пойдет дело с очередными двадцатью годами.

А касательно вопроса Сета Джонса – он уместен и жесткий. Победу в военной кампании русская стратегия обеспечила, но в состоянии ли РФ разработать и реализовать большую стратегию, способную обеспечить победу в войне? Это будет крайне сложно, если вообще возможно – на Ближнем Востоке. Не является ли побера пирровой? Поживем – увидим.

https://ctc.usma.edu/russias-battlefield-success-syria-will-pyrrhic-victory/

Армянское Нагорье

HOW THE INTERNATIONAL SYSTEM SHAPES THE CHARACTER OF WAR

Роскошная статья, которая пытается хотя бы штрихами с военной точки зрения очертить то Море, в котором будет плавать Левиафан в 21 веке. Так как это анализ военного интеллектуала, то он подходит к естественным для него пределам и останавливается.
Не дело это кшатриев пытаться сформировать отклики на угрозы, которые они чуют просто в силу специфики военного искусства. И это правильно, что пытаются. Но нужны брахманы 21 века. Есть ли они - не знаю. Не святая-святых, но тайна.
Чего не хватает в анализе, на мой взгляд это учет еще одной размерности - время. Да, оно вроде бы как и есть, но играет вспомогательную роль. Время как ось, на которую нанизываются рассматриваемые процессы. А это ограничения современного западного мышления.
Без возврата времени, в качестве активного, а не пассивного элемента картины мира, создаваемые модели будут ограниченными. Не позволят обеспечить целостность.
А возвращение активного времени это помимо всего прочего есть возвращение Истории и рассмотрение концепций, идей, понятий в их эволюции, а не в рамках рукотворного озера, созданного где-то шесть веков назад под названием "Запад".
Что-то я заговорился, пора вставать из-за компа. Рекомендую для занимающихся темами войны, политической философии, суверенитета и пр.
И да, Герасимова на Западе уважают - встречаю не первый раз.

HOW THE INTERNATIONAL SYSTEM SHAPES THE CHARACTER OF WAR: ORDER, GEOGRAPHY, AND NETWORKS
BENJAMIN JENSEN
JUNE 5, 2017

Армянское Нагорье

Алгоритм войны

Все же поиски "Святого Грааля" неотъемлемая часть духовного традиции Запада. В среде западных военных интеллектуалов и философов они зачастую превращаются в поиск технологического решения, которое решит все проблемы на поле боя и позволит достичь безусловной и окончательной победы в войне. Оружие, которое изменит природу войны.

Тут множество интересных аспектов и нюансов, вокруг которых я могу говорить и писать долго. Кое что успел уже набросать. Фактически предлагаемый подход возвращается к идеям "революции в военном деле", изложенным в "Кромке хаоса", но на новом витке и с использованием идей и подходов, которые удалось пока что схватить штрихами в "Третьей стратегии противовеса", вышедшей в марте.

А вот следующая книга, в которой я должен выйти на необходимый уровень философского, социального, военно-теоретического осмысления последствий качественных изменений в характере войны с появлением военных систем искусственного интеллекта, автономных систем оружия и пр. явно запаздывает. За прошедший месяц не написано ни одной строчки по теме. Жизнь, с ее неизбежными, но по большому счету глупыми тратами времени. Развитое, состоявшееся общество просто не позволило бы мне таким образом тратить время и силы. Однако эти маленькие, житейские проблемы и невзгоды для меня имеют гораздо более высокий статус и значение, чем осмысление протекающих процессов и написание теоретических, концептуальных тексты. Так и живем...

Да, только одной строкой. Критиковать такие статьи тексты легко и даже приятно. Но надо помнить, что в поисках Грааля значение имеет не столько цель, сколько путь, на котором ты и твои соратники становятся совершеннее.
Важна не цель - разработка алгоритма войны, но качественное повышение боеспособности, пока ты стремишься разработать такой алгоритм. Недавно это были сетецентричные войны, затем иррегулярные. теперь вот новый виток, новая итерация, и она будет успешной, вне зависимости от того, будет ли построен "алгоритм войны". Тем более что мы знаем, что он выстроен быть не может.

The War Algorithm: The Pentagon’s Bet On The Future Of War


 
Армянское Нагорье

Возвращение большой войны

Army War College становится ведущим мозговым центром Армии США. И даже личным мозговым центром начальника штаба Армии США Mark Milley. Времена когда Колледж служил "тихой гаванью" для высокопоставленных офицеров перед повышением, закончились. Начинается интенсивная и жесткая интеллектуальная работа в рамках восьми основных направлений, которые перечисляются.

На первом месте разработка концепции войны между сверхдержавами - пиши Китай и Россия. У США множество проблем после 15 лет господства контрповстанческой доктрины. Проведенные игры, которым посвящена статья, разыгрывали сценарий действий против России. На втором месте разработка "Третьей стратегии противовеса".

По первому направлению это развитие идей, изложенных в "Кромке хаоса". В марте вышли "штрихи" в виде монографии по Третьей стратегии противовеса - можно скачать с моей странички на Academia.edu.

Оба направления должны быть углублены и расширены в рамках книги, над которой начал работать. Посмотрим, хватит ли воли закончить ее. Это усилия на 1.5-2 года пока что на голом энтузиазме, хотя Армении надо развивать свои аналогичные концепции - писал не раз. Сейчас вот говорю во время бесед в Ереване.

Нет, не жалуюсь. Скорее молча матерюсь, - про себя.

Army Chief’s Thinktank Studies Major War

Армянское Нагорье

Третья стратегия противовеса США

Вышла и мне даже выслали несколько экземпляров по почте. Получу через месяц, наверное.

Арзуманян Р. В. Третья стратегия противовеса: реакция Пентагона на новые угрозы. – М.: АНО ЦСОиП, 2017. – 192 с. (- Новая стратегия, 6).

Отвлекся от других тем и подготовил работу, исходя из крайней важности темы для Армении. Армения нуждается в разработке собственной стратегии противовеса, рассчитанной на 15-20 лет и призванной уравновесить количественное преимущество Азербайджана и Турции в военной сфере.  Армянская стратегия противовеса также должна опираться на качественное технологическое преимущество, прорывные технологии. Других вариантов я не вижу.

Каким образом это сделать, как разработать и реализовать такую стратегию? К каким изменениям это приводит в системе образования, ВПК, вооруженных силах, обществе в целом? Это крайне ответственные и важные вопросы, проработке которых посвятил бы время и силы.
Но пока это нереально и станет возможно в другой Армении. Поэтому пока что опыт других в надежде на возможное будущее.


Abstract.
Рассматриваются ключевые элементы разрабатываемой в настоящее время третьей стратегии противовеса США. Понимание новой стратегии требует хотя бы краткого знакомства с предыдущими инициативами подобного рода, представляющими собой примеры успешных долгосрочных гранд-стратегий США с целью формирования противовеса количественному преимуществу Советского Союза в конвенциональных силах на основе американского технологического преимущества.
Новая стратегия противовеса должна стимулировать инвестиции в прорывные технологии, которые должны поддержать и развить американское военное доминирование в XXI веке и гарантировать вооруженным силам США успешное оперирование в среде безопасности, насыщенной высокоточными системами оружия и автономными беспилотными системами. Результатом реализации третьей стратеги противовеса последующие 10–15 лет должно стать создание вооруженных сил, способных обеспечить стремительные адаптабельные возможности по проецированию глобальной военной мощи.

No automatic alt text available.

https://www.academia.edu/31855923/%D0%A2%D1%80%D0%B5%D1%82%D1%8C%D1%8F_%D1%81%D1%82%D1%80%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%B3%D0%B8%D1%8F_%D0%BF%D1%80%D0%BE%D1%82%D0%B8%D0%B2%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%81%D0%B0_%D1%80%D0%B5%D0%B0%D0%BA%D1%86%D0%B8%D1%8F_%D0%9F%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B0%D0%B3%D0%BE%D0%BD%D0%B0_%D0%BD%D0%B0_%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D1%8B%D0%B5_%D1%83%D0%B3%D1%80%D0%BE%D0%B7%D1%8B._%D0%9C._%D0%90%D0%9D%D0%9E_%D0%A6%D0%A1%D0%9E%D0%B8%D0%9F_2017._192_%D1%81._-_%D0%9D%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%8F_%D1%81%D1%82%D1%80%D0%B0%D1%82%D0%B5%D0%B3%D0%B8%D1%8F_6_
Армянское Нагорье

Гибридные и анократические режимы

В Сети среди ряда френдов идет обсуждение приемлемости анакратических и «гибридных» режимов. Причем градус нарастает, что вызывает удивление, честно говоря.
Я давал в «Стратегии иррегулярной войны» 2015 года, правда в примечаниях на большее не было возможности, понятие анократического режима (через «о»), когда в введении описывал контекст международной среды безопасности, подпитывающей иррегулярные войны.




«Анократия (anocratic regime) - тип режима, в рамках которого власть принадлежит не общественным институтам, но распределена между соперничающими элитными группами. Анократия расположена между автократией и демократией и признается «Polity V Project» в качестве категории правления. Согласно классификационным признакам проекта страна признается анократией, если ее полития не оценивается достаточно высоко, чтобы быть признанной как демократия, и не достаточно низко, чтобы оцениваться как автократия (прим)».
То есть это данный тип режимов выделяется и изучается. Насколько такая типология может быть полезной – другой несколько вопро

Понятие вводится в следующем отрывке введения.

"Три из четырех международных конфликтов после окончания Холодной войны являются конфликтами малой интенсивности и происходят чаще в несостоявшихся (или близких к такому состоянию) государствах, находящихся в состоянии анархии, или заболоченных режимах (purgatory-style regime), которые смешивают элементы демократии и автократии, без стабилизирующей выгоды обоих (пром). Согласно «Индексу несостоявшихся государств», подготовленному совместно «Фондом мира» и журналом «Форин полиси» число стран, имеющих «тревожный статус», последние годы постепенно растет (прим). Благодаря нестабильности и вооруженным конфликтам число государств с анократичным режимом (anocratic regime) увеличилось более чем в два раза (прим).
В серых зонах мирового сообщества приходят к власти ставленники криминальных и террористических групп, использующие имеющиеся в распоряжении средства для военного, тылового и прочих видов обеспечения военных действий. Формируется среда, в которой происходит сращивание криминалитета и террора (прим). В вооруженное насилие включаются не ограниченные конвенциональными «законами войны» этнические группы, неформальные военизированные организации, полевые командиры, транснациональные сети и пр. Военные действия принимают усложненную, сложную или даже хаотическую форму и имеют тенденцию длиться многие годы(прим). Такие конфликты сложно завершить и тем более определить, кто является победителем. Насилие имеет неразборчивый характер и преследует цель сломить волю противника, в том числе через разрушение гражданских институтов, инфраструктуры и пр., что ведет к формированию мышления «никогда не забудем», подпитывающего насилие (прим). В такой среде некоторые из сторон конфликта оказываются заинтересованы в его продолжении, так как он дает им власть, статус и деньги, невозможные других условиях. Для других война и вооруженная борьба это единственное, что они знают и умеют делать хорошо. Длительность конфликтов приводит к формованию поколений, которое умеет только воевать, что приводит к явлению, которое ряд исследователей называют «ориентированной на предложение войной» (supply-side war) (прим)".

Анализу оправданности применения категории «гибридный» при категоризации угроз НБ посвящена отдельная глава «Теоретические и стратегические проблемы концептуализации вызовов национальной безопасности» монографии. При желании можно разобраться, хотя текст довольно сложный.
Если «одним предложением» – да, такая категория сложилась и «выросла» из гибридных войн (термин который стал популярен среди российских военных теоретиков). Но даже применительно к войне он является размытым и неопределенным в силу своей  широты. Все войны являются «гибридными», в той или иной степени. Но если сложился и кому-то помогает пусть будет.
Применительно к угрозам НБ аналогичный вывод,хотя поле уже шире и применимость данной категории требует еще большего внимания и осторожности. Основные опасности анализируются.
 Применительно к политическим режимам понятие «гибридности», становясь модным,  оказывается еще более спорным и, на мой взгляд, превращается в метафору со всеми плюсами и минусами. Судьба всех ставших модными метафор. До этого аналогичная судьба постигла и «управляемый хаос», скажем. Нормальная ситуация, если отслеживать ее.            
Армянское Нагорье

Третья стратегия противовеса

Поставил точку и в понедельник отсылаю работу лицам, занимающимся издательскими проблемами. Авторская часть завершена, можно откинуться. Должен был закончить в мае-июне, но…
Будет публиковаться в Москве, возможно, найдутся желающие и в Ереване - посмотрим. Работа ориентирована на лиц, занимающихся проблемами военного строительства, ВПК, военными аспектами геостратегии. Язык специфичный и тяжелый, насыщенный военной терминологией. Человеку стороннему читать будет довольно сложно.
Название условное и скорее всего будет пересмотрено.

Немного приду в себя и подготовлю пару статей на основе материала книги, где постараюсь адаптировать изложение под язык тех или иных кругов, которые заинтересуются.

Почему взялся за такую работу? Зачем она нужна для Армении?
Для меня ответ очевиден. Армения нуждается в разработке первой стратегии противовеса, которая должна быть выстроена на аналогичных основах и преследовать схожие цели - уравновесить количественное преимущество в конвенциональных силах Турции и Азербайджана. Причем в нашем случае задача выглядит более сложной, но на концептуальном уровне – аналогичная.

И надо признать, что после смены правительства в РА, отставки Сейрана Оганяна, появления нового человека, отвечающего за ВПК, у меня было появилась слабая надежда, что мы можем инициировать разработку такой стратегии и пойти по пути трансформации военной организации Армении. Я даже говорил о «презумпции невиновности» гражданского МО Третьей Республики и необходимости дать ему шанс показать себя. Показал… Стремительное озвучивание концепции  «нация-армия», первым элементом и шагом которой стали «1000 драм» вернули меня в привычное состояние пессимизма. Как в свое время с «Армянским миром» очередной потенциально сильный термин-понятие вульгаризирован и, фактически, уничтожен.
В такой среде предлагаемые мной идеи трансформации военной организации и системы НБ Армении, армянская стратегия противовеса не имеет шансов быть реализованной.

 Ну и собственно сама книга.

Третья стратегия противовеса

В работе рассматриваются ключевые элементы разрабатываемой в настоящее время третьей стратегии противовеса США. Понимание новой стратегии требует хотя бы краткого знакомства с предыдущими инициативами подобного рода, представляющими собой примеры успешных долгосрочных гранд-стратегий США с целью формирования противовеса количественному преимуществу Советского Союза в конвенциональных силах на основе американского технологического преимущества. Также должны быть рассмотрены операционные и стратегические недостатки существующего американского подхода к проецированию военной мощи.
Новая стратегия противовеса должна стимулировать инвестиции в прорывные технологии, которые должны поддержать и развить американское военное доминирование в 21-ом веке и гарантировать вооруженным силам США успешное оперирование в среде безопасности, насыщенной высокоточными системами оружия и автономными беспилотными системами. Результатом реализации третьей стратеги противовеса последующие 10-15 лет  должно стать создание вооруженных сил, способных обеспечить стремительные адаптабельные возможности по проецированию глобальной военной мощи.

Основные разделы

Введение
1. Предшественники третьей стратегии противовеса
2. Недостатки существующего подхода США к проецированию мощи
3. Ключевые элементы новой стратегии противовеса
4. Имплементация третьей стратегии противовеса
5. Третья стратегия противовеса и центры силы
Заключение
Библиография

Приложение 1.
Применение невоенных методов и средств для реализации целей национальной стратегии Китая
1. Национальная стратегия, приоритеты и цели Китая. Невоенные аспекты
2. Невоенные методы и средства принуждения в стратегии Китая
3. Стратегическая концепция трех некинетических типов военных действий Китая

Объем работы: 140 страниц.
Библиография: 208 источников
Ссылочный аппарат: свыше 300 ссылок
Приложение: 1.
Армянское Нагорье

Киссинджер и армянское будущее

Отдыхая от военной стратегии, читаю каждый день "пару страниц" из "Нового глобального порядка" Киссинджера.
Рассматривая развал Османской империи, соглашение Сайкса-Пико, арбитраж Вильсона, Севрский договор Киссинджер не говорит ни слова о Мец Егерне, геноциде других христианских народов империи, Армянском вопросе и пр.
Бальфурское соглашение, сионизм и создание Израиля, конечно же присутствуют. А вот армян, Армении и Армянского вопроса - нет. Думаю это, как минимум, означает, что в предлагаемом видении 21 века и глобального порядка у Армении нет своей функции и места. Так получается, если смотреть холодным взглядом. Такое вот проект будущего, надо которым надо будет поразмыслить и, как минимум, принять к сведению.
Армянское Нагорье

Международное военное право Jus ad bellum или jus in bello

Норов орков остается прежним, и фотки убитых трех стариков в Талыше  с отрезанными ушами наверное видели многие.  Хотя сейчас вроде бы не до этого и проблема воспринимается как второстепенная или даже третьестепенная, но надо думать о квалификации данного преступления согласно международному праву. Даже если предположить, что они ведут "законную войну" так поступать есть преступление. И надо собирать материал на Ильхама Алиева для Гааги.
Ниже небольшая справка, которую накинул на скорую руку. К стилистике не цепляться.

Jus ad bellum или jus in bello



Международное право различает два аспекта войны - jus ad bellum и jus in bello: «нормы права, регулирующие вступление в войну» (дословно с лат. «закон до войны») и «правила ведения войны» (дословно «закон ведения войны»). Первый оформляет причины, ПОЧЕМУ, вы начали войну, ведете военные действия. Второй - определяет, КАК, вы воюете, протекает ли вооруженная борьба законными, с точки зрения, международного военного права, способами.

Jus ad bellum описывается в целом доктриной теории «справедливой войны» (just war) и является заголовком соответствующего раздела международного права, который определяет законные причины, которые позволяют государству вступить в войну. Его также называют законом международного вооруженного конфликта (law of international armed conflict). Вынесение заключения, что вступление во войну является законным (справедливым) опирается на такие критерии, как законность власти, справедливость (законность) рассматриваемого случая, намерения вступающего в войну. Все они рассматриваются и принимаются в расчет ДО вступления в войну и позволяют сделать вывод, будет ли будущая война рассматриваться международным правом в качестве справедливой.

Jus in bello оформляет и регулирует способы, которыми проводятся боевые действия, и вступает в силу, с началом войны[1].  Его целью является правовое регулирование протекание войны с обоих сторон, вне зависимости того, является ли она справедливой или нет, кто ее начал, имел ли он на это право и пр. Jus in bello также называют также международным гуманитарным правом, и оба термина используются взаимозаменяемо Международным комитетом Красного Креста, юристами, военными и пр. Международное гуманитарное права призвано ограничивать и смягчать жестокости войны через защиту гражданских лиц и прочих некомбатантов. Как следствие, jus in bello  регулирует только те аспекты конфликта, которые представляют гуманитарный интерес.

Теоретически и практически возможны случаи, когда вы оказываетесь вовлеченными в «несправедливую» войну, но при этом придерживаетесь законов международного вооруженного конфликта, равно как нарушаете данные законы, ведя справедливую войну. Кроме того, так как довольно часто сложно однозначно определить какая из сторон виновата в нарушении Устава ООН, который поддерживает jus ad bellum.26, практика применения гуманитарного права не включает осуждение или обвинение сторон. Такое намерение вызовет противоречия и парализует его применение, так как каждая из сторон будет настаивать на том, что является жертвой агрессии.

В том числе поэтому были сформированы два свода законов, которые применяются независимо  друг друга, чтобы гарантировать применение jus in bello, вне зависимости от того, соблюдены ли критерии jus ad bellum - то есть, является ли война справедливой с точки зрения международного права[2].  С другой стороны,  разделение приводит к напряженности между двумя разделами международного права, так как они описывают и применяются к одному целостному явлению – войне, но имеют собственную историю возникновения, развития и опирюется на различные ценности и цели. Кроме того, тот факт, что в настоящее время большинство принципов jus in bello включают запреты на неразборчивое использование силы приводит некоторых исследователей к заключению, что «современное» jus ad bellum воспроизводит международное гуманитарное право, делая последнее лишним[3].
Различению двух сводов международного права  на основе критериев, изложенных в jus in bello и jus ad bellum, также бросает вызов точка зрения, что в ряде случаев самооборона одной из сторон может  происходить в условиях экзистенциальной угрозы, физического выживания стороны, подвергшейся агрессии. В этих условиях нарушение принципов jus in bello жертвы агрессии может быть оправдано[4]. Тем не менее, гуманитарные принципы остаются незыблемыми и обе стороны конфликта одинаково защищаются и достойны защиты со стороны международного гуманитарного права. Другим словами, различение двух разделов международного права на почве гуманитарных принципов оказывается опирающейся на не менее убедительные аргументы[5].




[2] Moussa, Jasmine. “Can ‘jus ad bellum’ override ‘jus in bello’? Reaffirming the separation of the two bodies of law,” International Review of the Red Cross, Article No. 852, December 31, 2008.
[3] Bugnion, Francois. “Guerre juste, guerre d’aggression et droit international humanitaire” (“Just war, war of aggression, and international humanitarian law”), International Review of the Red Cross, Vol. 84, 2002, p. 528.
[4] Moussa, Can ‘jus ad bellum’ override ‘jus in bello
[5] Ibid.
Армянское Нагорье

Камо грядеши

Это из блога Мартина Ван Кревельда, которого попросили сделать главу по вызовам, которые стоят перед сухопутными силами европейских стран. В ответ он берет в руки инструмент и превращает тему в крупную стружку. Если одним предложением – в Европе не осталось боевого духа и солдата. Нечего обсуждать и никакие усовершенствования в доктрине, технологии и пр. сути дела не изменят (это, кстати, касается и наших несчастных соседей, втянувшихся в безумную гонку по закупу все новых и новых систем вооружения – не поможет). Европе против России противопоставить нечего и надо принимать во внимание и учитывать только США.
Размещаю, так как во многом совпадает с моими внутренними оценками ситуации на европейском ТВД. То есть если бы у России сегодня была политическая воля, то танковые клинья спокойно, не напрягаясь, докатились бы до Ла-Манша. И американские войска не помогли бы – их недостаточно. Разве что ядерным оружием, которое вспоминал недавно. То есть говорить о том, что Россия решает на Украине военную проблему, мягко говоря, некорректно. Да она оперирует военным инструментом, но решает при этом не военную и, подозреваю, и не политическую или геополитическую задачи, а другие.
Стоит прочесть…

Sic Transit - Martin van Creveld